ISSN 1991-3087

Свидетельство о регистрации СМИ: ПИ № ФС77-24978 от 05.07.2006 г.

ISSN 1991-3087

Подписной индекс №42457

Периодичность - 1 раз в месяц.

Вид обложки

Адрес редакции: 305008, г.Курск, Бурцевский проезд, д.7.

Тел.: 8-910-740-44-28

E-mail: jurnal@jurnal.org

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Яндекс.Метрика

Воспевание божественной красоты в творчестве Говси Табризи

 

Гусейнова Улькер Вагиф гызы,

аспирант Лянкаранского государственного университета, Азербайджан.

 

Насколько бы чувство любви не получило свое отражение в творчестве поэтов-классиков, насколько бы великолепно не представляли человеческие чувства и мысли, несомненно последняя цель, великое желание другое. Это есть бесконечная любовь творца к великому создателю, его великое желание воссоединиться с ним, мечта найти путь истинный. Это можно увидеть как в творчестве ряда азербайджанских поэтов-классиков, так и в творчестве выдающегося поэта XVII века Г.Табризи. Лирический герой Говси любит всей душой, любовь охватила все его тело и душу. Любовь к возлюбленной дает ему силу жить, сближает его с любимой, призывает его получить удовольствие от красот мира. Любовь в творчестве Г.Табризи, как и у М.Физули усовершенствует его, наполняет душу лучами истины. Без любви он не существует, он ничто. Возлюбленный нашел себя, вечную жизнь в этой любви. Божественная любовь, влюбленные газели Говси, как и у его великого предшественника М.Физули воспевает не мистику и отшельничество, а вечную жизнь, нежных (чутких) сердец. Однако, прежде всего следует отметить, что все эти обращения, которые направлены возлюбленному, всемирной любви, читателю, не имели никакого значения, без понимания любовной ступени Говси, моментов истинного пути любви, призыва к познанию со стороны определенной личности, с тем, который положительно относился выше сказанному:

 

Если Физули обращаясь красавице, говорит:

Душа светит, когда вижу твои растрёпанные волосы,

Теряю дар речи, когда вижу твою прелестную улыбку [3, 47],

то Говси тоже, опираясь на это, в таком же амплуа, в таком же духе говорит:

Теряю себя, когда вижу твой прелестный стан

Онемею, когда вижу твою прелестную улыбку [5, 44].

 

Определение таких сравнений, похожих сторон нельзя ограничить в примере творчества Физули и Говси Табризи. Его корни ведут в глубокую древность. Известно, что на основе религиозной литературы стоят идеи суфизма.

Несмотря на то, что первоначальные признаки данного учения встре­чают­ся в художественной литературе, в общественных мнениях VIII –IX вв., в последующих столетиях, в особенности XII-XIV вв. его возмож­но­сти воздействия сильно распространяются. Поэтому средневек­о­вую литературу нельзя представлять без тасаввуфа (суфийский ислам). Если в этом периоде в персидской и тюркской литературах появлялись такие известные личности религиозной литературы, как Сенаи Гезневи, Джалаледдин Руми, Юнус Имре, то до этого эту миссию в Азербайджанской литературе можно увидеть в творчестве Низами, Хагани. Начиная творчеством таких мастеров слов как с И. Гасаноглы, И. Насими XIII-XIV вв. это учение нашло свое широкое распространение в творчествах М.Эх­ве­ди, Ш.Г. Энвер, Ш.И.Хетаи, М.Физули.

Самый выдающийся представитель религиозной литературы XVII-XVIII вв. Г.Табризи умело использовал традиции, представительные идеи, кото­рые существовали до него, и старался творчески применить в своем нас­ледии.

Известно, что «последователи суфизма и мудрецы превратили хадис про­роков Ислама «Аллах прекрасен и любит красоту» в лозунг жизни и деятель­ности [2, 51]. Эта мысль ярко проявлялась и в творчестве Говси Табризи. В твор­­честве Говси божественная красота была описана своеобраз­ными поэти­че­­с­кими мыслями, которыми он призывает каждого из нас поклониться пе­ред бесподобной, величественной красотой:

 

Ни цветок, ни бутон не сравниться с твоими губами,

Даже кипарис завидует твоему прелестному стану.

 

Душа моя бурлит пророческой любовью

Так не бурлит даже волнистый океан

 

Та любовь, которая пленила меня,

Приведет и богохульников к моей религии

 

Я все сделаю ради виночерпия,

Который наполняет бокал божественный любовью.

 

Я хочу тебе много сказать,

Но, к сожалению, время очень коротко

 

Я живу только с твоей любовью

Я живу, чтоб служить тебе.

 

Я таю как свеча, ожидая тебя

Без тебя ничто не имеет смысла.

 

Для Говси истинная вечность - это божественная любовь,

Которая протекает из губ возлюбленный. [5, 34]

(подстрочный перевод).

 

Красавица успокаивает душу, общение с красавицей освежает душу, дарит человеку прекрасные чувства, однако светская красота не в силе ода­рять человека вечной жизнью. Поэтому никто и ничто не сможет сравниться с устами, которые дарят всему миру вечную жизнь. Ни цветок, ни бутон, ни прелестный стан несравним с божественной красотой, представленной Говси. Ибо та красота стоит превыше всего и является самой прелестной.

Во втором двустишие поэт с интересной имитацией вспоминает океан в душе, который пениться любовным ураганом. С пророческой любовью даже не могут считаться волны океана.

Моя душа бурлит такой любовью, который сильнее бушующего океана. Такую силу дает мне моя божественная любовь.

В третьем двустишии речь идет о силе внушения любви, ее воздействия. Поэт твердит, что подобной красотой, подобным ликом он очарован. Познавшие эту тайну все богохульники примут религию мою и вместе со мной будут поклоняться Богу.

В тасаввуфе и в пути истинном существует множество символов, символических названий, а также понятий. Большинство классических поэтов, в том числе и Говси Табризи говоря о возлюбленной, друге, товари­ще, зазнобе, о любви, без сомнений имели в виду всевышнего Аллаха (Бога). Одним из путей воссоединения с Аллахом является чаша вина, опьянение (иными словами бодрство души). Действительно, на первый взгляд, если реально подумать, эти понятия даже могут показаться не связанными с божеством. Так как они являются сбивающими человека с пути истинного опьяняющими средствами. По философии тасаввуфа путь, приво­дя­щий к познанию господа, является духовное вино, испитое во имя Бога, ведь внушенные, выставленные знания, виночерпие умственно зрелого муршида возможно лишь освещением пути истинного. Лицо, понявшее, познавшее это чудо, эти высоты счастлив, является им опьяненным, блажен­ным. Блаженное опьянение, постигнутое познанием Бога, на самом деле является духовной вершиной, бдительностью, бессмертием. Поэтому, в четвертом двустишии газели Говси Табризи, в котором мурид (учитель) обращаясь к своему муршиду (ученику), виночерпию, просит его все больше опьянит­ься (бодрство души), вином любви, созданным познанием божествен­ной красоты.

В пятом двустишии поэт, жалуется на то что, жизнь слишком кратка и ее хватит для воспевания всевышнего.

В шестом двустишии поэт, выступая из своих любовных чувств, хочет оповестить, что его любовь существует в божественном духе, и навеки будет принадлежать ему.

Большинство стихотворений классических поэтов повествуют о жалобах ожидания и стремления воссоединения с возлюбленной. Порой чувства ожидания, разлуки бывают такими сильными, что день и ночь не дают ему покоя. В газели М.Физули, которая начинается с полустишием «Eşqin daşini qan ilə yudu çeşmi-tərim (Камень любви омывают кровью очи мои молодые)» возлюбленный, не знает ни дня, ни ночи.

 

Сказал возлюбленный: приду я утром, но какая польза,

Забыл я время, ведь день и ночь одно и то же для меня. [3, с. 115]

(подстрочный перевод).

 

В седьмом двустишии газели Говси Табризи обращает внимание на то, что его любовь настолько велика, настолько сильна, что ослепила его, от тоски по своей возлюбленной дни его, окутавшись тьмой, превратились в ночи.

В последнем двустишии газели поэт возвращается к своей первоначаль­ной мысли. Здесь нельзя обойтись без определенных сравнений. Из классической литературы, из устного народного творчества на становится известно, что живая вода предназначено судьбой лишь, пророку Хызыр. Согласно восточной легенде, пророк Хызыр отыскал источник живой воды и, испив из него, обрел бессмертие. И это не связано с божественной любовью. Вечность кроется в устах божественной любви возлюбленной. Это и есть истинная любовь, вечность. Из стихов Мухаммеда Физули известно:

 

В жизни каждый имеет свои интересы,

Я люблю божье слово, пророк Хызыр же жизнь саму. [3, 56]

(подстрочный перевод).

 

Выступающий с точки зрения истины поэт утверждает, что познавший божественную сущность и постигший небесное царство, даже при смерти от тоски приобретет вечную жизнь, которая полна чудесами.

Говси Табризи в своем творчестве неоднократно обращается к этому вопросом, в котором сопоставляются божественная любовь с вечной жизнью пророка Хызыра, и становится ясно, что вечность кроется в любви, иными словами в великой, божественной любви.

 

Жизнь твоя вечна, коль испита живой водой

Вещественна и жизнь Хызыра, твоя же полна божественной любовью.

[5, 221] (подстрочный перевод).

Или же:

 

Уста твои даруют жизнь, отняв ее с каждым дыханием,

Гибнет жизнь, проливая кровь с каждым дыханием.

[5, 190] (подстрочный перевод).

 

Жизнь прекрасна, но прекраснее жизни - это постижение Божественных высот. В литературе тасаввуф сердце постигшего жизнь, навеки принадлежит любимой. Не смотря на то, что он создает отношение с реальной возлюблен­ной, он опьянен божественной любовью. Жизнь подобна двум-трем дыха­ниям, но воссоединение с любимой есть вечность. Эти качества проявляются в любовной лирике Говси Табризи, как и в творчестве других классических поэтов.

 

Да, жизнь сладка, ни кто, даже возлюбленная не заменит ее

Подобна она двум-трем дыханиям, ничто не заменит ее. [5, 175]

(подстрочный перевод).

 

Любимая, поселившаяся в сердце Говси Табризи, и является зодчим (архитектором) мастером, создавшим всю вселенную, все человечество. Благовоспитанные мудрецы, впав в ноги ее, считают вечным счастьем постижение истины. Нижеприведенные полустишья из газели поэта «Sən bilirsən (Ты знаешь)» извещают о божественной, истинной любви:

 

Ты знаешь мои думы, желанья,

Ты знаешь язык, неизвестный мне,

Ведь я безмолвен, в ожидании помощи твоей,

Навеки я очарован, теряю голову, ты знаешь,

Не считай меня опьяневшим, виночерпием

Подобен я дворцу, чей зодчий известен лишь тебе. [5, 321]

(подстрочный перевод).

 

Все это, а также многочисленные поэтические образцы, которые оста­лись вне филологических исследований, показывают, что Говси Табризи имел ши­рокие творческие возможности в качестве поэта тасаввуфа, воспе­вав­шего божественную красоту. Поэтому необходимо изучать литературное наследие поэта с общевосточного контекста, на основе знаний, вытекающих из фило­софии тасаввуфа.

 

Литература

 

1.                  Azərbaycan klassik ədəbiyyatı kitabxanası: 20 cilddə, 3- cild. Bakı: Elm, 1984.

2.                  Babayev Y. Təriqət ədəbiyyatı: sufizm, hürufizm. Bakı: Nurlan, 2007.

3.                  Füzuli M. Seçilmiş əsərləri. Bakı: Şərq-Qərb, 1992.

4.                  Seyidov M. Qövsi Təbrizi. Bakı: AMEA, 1963.

5.                  Qövsi Təbrizi Divan. Bakı, Nurlan, 2005.

6.                  Kərimov P. Əlican Qövsi Təbrizi «Divan»ının tekstoloji tədqiqi. Bakı: Nurlan, 2006.

 

Поступила в редакцию 04.02.2010 г.

 

2006-2017 © Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов.
Все материалы, размещенные на данном сайте, охраняются авторским правом. При использовании материалов сайта активная ссылка на первоисточник обязательна.