ISSN 1991-3087

Свидетельство о регистрации СМИ: ПИ № ФС77-24978 от 05.07.2006 г.

ISSN 1991-3087

Подписной индекс №42457

Периодичность - 1 раз в месяц.

Вид обложки

Адрес редакции: 305008, г.Курск, Бурцевский проезд, д.7.

Тел.: 8-910-740-44-28

E-mail: jurnal@jurnal.org

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Яндекс.Метрика

Геополитика России на Южном Кавказе и Азербайджан

 

Гулиева Гюлгюн Мубариз кызы,

диссертант кафедры дипломатии и современных интеграционных процессов Бакинского государственного университета.

 

В современных исследованиях Россия представляется наследником «континентальной империи» - СССР, однако после развала последней она столкнулась с новой, доселе непредставимой в советском пространстве реальностью. Неоспоримым является тот факт, что развал континентальной империи коренным образом изменил геополитическую картину всего мира.

Сегодня Россия, если сказать словами Хельфорда Маккиндера, является своего рода «Хартленд»ом – «Душой Мира» в пространстве, включающем в себя Западную Евразию и Восточную Евразию по Х.Маккиндеру, континентальный массив Евразии служит удобным плацдармом для контроля над всем миром. На наш взгляд эта концептуальная идея играет немаловажную роль в жизненности имперского мышления в России. Западные политологи придерживаются мнения, что «имперские импульсы» сильны в России и по сей день [11, 29-37]. Известно, Россия была ведущим государством в СССР и в настоящее время продолжает проводить политику советской империи, наследником которой является.

События показывают, что установление связей с крупными соседними государствами создает определенные проблемы для таких малых государств как Азербайджан. Вместе с тем, опыт отношений США - Азербайджан за не столь уж большой период свидетельствует о возможности построения малым государством взаимовыгодных отношений с крупным государством, которые отвечали бы ее национальным интересам с крупным государством.

К сожалению, этого невозможно в полном смысле слова сказать об российско-азербайджанских связях. Мы полагаем, что существенным препятствием на этом пути являются радикальное крыло российской политической элиты и представители армянской диаспоры, занимающие ключевые посты во властных структурах государства.

Это может быть воспринято как опасный шаг со стороны России, являющейся крупной ядерной державой. Интересно, в самой России, развязавшей руки неумелым политикам, существуют сомнения относительно статуса государства. К примеру, З.Бжезинский считает, статус России не определен по сей день: «Наследник СССР, межэтносная федерация, многонациональное государство или адепт Запада, в частности США?». Американский политолог выдвинул такую версию: «неопределенность статуса позволяет говорить о возможности раздела России между государствами мира, воспринимать ее можно как региональное государство, в то же время она может выступать как государство, обладающее ядерным потенциалом. Если так, то Россию можно и не рассматривать наследником в «классическом» понятии этого слова. Такой статус может уменьшить правовые шансы полноценного участия в большой геополитике» [4, 164].

Турция и Иран входят в «геополитическое пространство» как региональные силы. Хотя в контексте геополитического самоутверждения возникает необходимость внесения ясности в отношения «Закавказье-Россия», тем не менее, причиной не свершения данного процесса является вовсе нежелание бывших республик примириться или не примириться с Россией, а события, происходящие в самой России и мешающие, по сути, ее геополитическому поведению.

События в России только одного 2008 года - президентские выборы, кризис банков, сосредоточение власти в руках олигархов, вмешательство в Украину и Абхазию, противоречия с Западом, отказ от экономических реформ - не позволяют этому государству демонстрировать в регионе свободное геополитическое поведение. С другой стороны, как отмечают сами русские политологи, в 2000-2003 годах стабильность в России длилась недолго [16], а кризис 2008-2009 года оказался довольно тяжелым.

Как видно, США и большинство стран Запада предпочитают сотрудничество в регионе в основном с Азербайджаном и Грузией. Армения, проводящая политику «игра без правил», хотя и говорит о намерении стать партнером западных стран, но, в конечном счете приговорена оставаться в сфере интересов России.

В этом контексте государственные интересы выступают в виде биполярной реальной политической силы: Север-Юг и Запад-Восток. В ситуации, когда Россия не отказывается от выгодного «геополитического ландшафта», Азербайджану следует использовать свой реальный геополитический потенциал и активизировать свою деятельность в двух направлениях. Во-первых, во имя национальных интересов и национальной безопасности эффективно использовать богатые нефтяные залежи в собственном секторе Каспийского моря. Во-вторых, урегулировать проблему Нагорного Карабаха.

Известно, что для предотвращения вмешательства США и Запада в Каспийский регион политическая элита СССР продемонстрировала историческую безответственность и совместно с сепаратистскими силами Армении искусственно создала Карабахский конфликт. Тем самым был дан толчок очень сложным для нынешней России геополитическим играм, у государств региона сформировалась определенная геополитическая ориентация. На одном полюсе группировались страны Запада, Турция, Азербайджан, Грузия и Казахстан, а другом - Россия, Иран, Армения, Греция, Болгария и Туркменистан.

Западные авторы особо подчеркивают тот факт, что Россию более привлекает идея многополярного мира, нежели гегемония США. Ради достижения этой цели Россия не отказывается от риска противостояния с США [20, 27]. Дело в том, что Россия, Турция и Иран в прошлом занимали в форме империй доминантное положение в регионе, ставшем субъектом конкуренции. Однако на фоне как глобальных, так и региональных изменений они не склонны к открытому военному противостоянию, ибо в противном случае в регионе может усилиться неуправляемый хаос.

Несмотря на это, Россия, сама, будучи объектом конкуренции, считает важным для себя получить возможность геополитического контроля над регионом. Россия хорошо осознает важность строительства нефтепровода для будущего Каспийского бассейна и Средней Азии. Значить, главная задача русской геополитики заключается в том, чтобы, как и в прежние годы, все трубы в регионе пролегали через территорию России от Черного моря к Новороссийскому русскому терминалу. Используя это небольшое преимущество в качестве геополитического инструмента, Россия намеривается надолго закрепиться в регионе, получить доступ к новым ресурсам Кавказа. З.Бжезинский объективно отмечал, что, если наоборот, один трубопроводов отходил бы от Каспийского моря в Азербайджан, затем через Турцию в Средиземное море, а другой - через Афганистан к Арабскому морю, то в этом случае никакого единовластия в вопросе контроля над регионом могло не быть. Данный геополитический момент больше всего волнует российских аналитиков. Отсутствие полного контроля над регионом и разработка здешних запасов другими странами вызывает у российской политической элиты разочарование [3, 155].

Российские аналитики предпочитают следующий геополитический подход - лучше ресурсы региона останутся не разработанными, чем иностранные инвестиции в них приведут к обеспечению экономических, а значит и политических интересов других государств. Это может привести к взрыву. Они не исключают возникновения такой ситуации в Афганистане и Чечне, на границе от Черного моря до Монголии. В этой связи американский политик Т.Тельбот указал на следующее: «Было бы хорошо, если образу Александра Невского, победившего шведских рыцарей, русские уделяли внимания меньше, а больше - идее «ганзей» «новгородских купцов» [11, 261].

Исходя из этой позиции, мы считаем, что если Россия намеривается стать авторитетным игроком геополитических игр на Кавказе, то ей следует суметь позиционировать себя как демократическое государство. Этого требует слабость России на нынешнем этапе. Это признают и русские политологи [11, 261].

Как все крупные государства, Россию также беспокоит восстановление у слабых народов общественно-политической атмосферы национализма и исламизма. Можно сделать вывод, что если Россия желает ограничить участие Турции и Ирана в региональных процессах под видом угрозы ислама, то это не даст положительного результата.

Для восстановления максимально возможного политического и экономического влияния в регионе Россия в сложившейся ситуации ставит перед собой задачу «придать новую жизнь» интеграционным процессам в СНГ. В этом проекте Кремль отводит важное место Азербайджану как одному из наиболее значимых геополитических объектов. Азербайджанские аналитики так расценивают позицию России в СНГ и его отношения с Азербайджаном: «Для восстановления авторитета в регионе Россия прибегает серьезным маневрам. Азербайджан вышел из сферы влияния России, стремится улучшить свое положение путем сотрудничества с экономически развитыми и авторитетными политическом смысле государствами. Реальность такова: Россия продолжает оставаться самой мощной ядерной державой мира. Она имеет военные базы и более 34 тысяч военнослужащих в Армении, которая находится в состоянии войны с нами. На севере страны действует особая организация, цель которой осуществление провокаций, на юге страны высоко идеологическое воздействие Ирана [6]. Сегодня роль России, на протяжении около двух столетий создавшей колониальный и авторитарный режим на Кавказе, ослабевает, взамен возрастает геополитическое влияние США и Европы. Для реализации собственных специфических интересов на этом пространстве Россия всеми средствами мешает участию других государств» [7, 415-424].

В свое время для реализации идеи Северного и Южного Кавказа, Южного Азербайджана, северных районов Турции, теплых морей Россия использовала армян и грузин, создав очаги различных политических конфликтов [13, 8].

Геополитика России нацелена на полное вытеснение США, Турции, европейских стран из Кавказа и основана на позиции, согласно которой считается, что размещение военных баз в Армении способствует укреплению России на Южном Кавказе. Однако для осуществления рациональной политики в регионе Россия, замешанная в карабахском конфликте, должна завоевать авторитет в Азербайджане. В свою очередь, реальные геополитические возможности Азербайджана побуждают Россию к продуманной политике во всем Кавказском регионе.

Особо следует отметить, что напряженность и сложности в отношениях Азербайджан-Россия возникли в годы правления бывшего президента РФ Б.Ельцина. Быстро превратившись в демократа-популиста, Б.Ельцин единственным союзником на Кавказе избрал Армению. По его секретному распоряжению в Армении были размещены мощные военные силы, самое современное вооружение. Заявление генерала Рохлина в парламенте России о передаче Армении в 1994-1996 годах военного оружия на сумму более 1 миллиарда долларов стало настоящей сенсацией. Кстати, в деле обнародования этого факта большую роль сыграл занимавший в то время пост начальника Главного контрольного управления правительства Б.Ельцина, нынешний глава правительства России В.Путин [1, 265]. В целом, внутренняя политика правительства Ельцина вызывала сильное недовольство в России. Наряду с этим, Россия продолжает выполнять «союзнический долг» в военной области.

Во внешней политике Азербайджана, не случайно, что отношения между Азербайджаном и Россией строятся на прочной правовой основе. Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной безопасности от 3 июля 1997 года, Бакинское Заявление от 2 января 2001 года, Московское Заявление от 6 февраля 2004 года, а также более 80 межгосударственных и межправительственных соглашений играют важную роль в правовом урегулировании российско-азербайджанских отношений. Кроме того, программа долгосрочного сотрудничества между Азербайджаном и Россией до 2010 года свидетельствует о большом значении, которое стороны придают перспективным стратегическим связям [8; 9; 14].

Именно в тот период получили развитие интересы России на Южном Кавказе, особенно попытки получить контроль над рынком нефти. В целом, посеять вражду между нефтедобывающими государствами Каспийского моря не является трудной проблемой. Политика России на «ближнем зарубежье» в определенной степени «продолжает сохранять постимперский характер». Политолог Павел Баев рассматривает термин «постимперский» как силу, остающуюся основным источником нестабильности в ситуации, когда новые авантюры призваны заменить отказ от прежней политики, и устраняющую опасность, вызванную различными резкими конфликтами [2, 4-6]. С этой целью Россия начинает прибегать к тактике новых препятствий.

Интеграцию Азербайджана в международные экономические структуры Россия расценивает как удар по своим рыночным интересам, по этой причине в качестве средства давления использует транспортно-коммуникационные возможности, прибегает к разного вида давлениям для того, чтобы использовать Азербайджан в качестве сырьевой базы. С политической точки зрения, с позиции безопасности и национальной безопасности Россия рассматривает Азербайджан как важнейшей сферой жизненных интересов, а потому «требует» от азербайджанской стороны «особых полномочий», не приветствует многосторонние связи с странами Запада [15, 16-29].

В результате приобретения Азербайджаном независимости границы России сузились до рек Дон и Волга, что расценивается этой страной как геополитическая катастрофа для своего будущего. В этой связи демонстрируется умеренное, нейтральное отношение к Исламу.

После избрания президентом В.Путина Российская Федерация обнародовала новую геостратегическую концепцию, в которой объявила Кавказ и Каспийский бассейн приоритетами своей внешней политики. Предпринимаемые в этом направлении шаги до последнего времени считались удачными [16]. Политолог В.Гулузаде открыто заявил, что если Турция восстановит связи с Арменией, то экономика последней будет развиваться. Плюс к этому Россия вновь будет ее вооружать. Такое сильное соседнее антитюркское государство представляет угрозу как для Азербайджана, так и для Турции [5, 137].

Стоит отметить и такой факт. Согласно сведениям из военных источников, в марте 2005 года в обстановке секретности из российской военной базы в Ахалкалаки (Армения) в Ноемберянский район Армении были перевезены 16 единиц 152-мм гаубиц системы «Акация». Это вооружение размещено на границе с Казахским районом - вблизи пути Баку-Тбилиси-Джейхан, что является прямой угрозой нефтепроводу [6].

Если Россия намеривается восстановить свои имперские амбиции на Кавказе такими дипломатическими маневрами, то в этом случае нет сомнения, что в регионе с множеством нерешенных проблем могут возникнуть глубокий кризис и напряженность. С другой стороны, как правильно отмечает В.Гулузаде, мирные усилия в Нагорном Карабахе были сведены на нет в 1996 году идеей тогдашнего министра иностранных дел России Ю.Примакова, который предложил прямые переговоры между Азербайджаном и карабахскими армянами [2, 376].

Естественно, это означало приравнивание суверенных прав Азербайджанского государства и самопровозглашенной республики, никем не признанной сепаратной структуры на территории страны. «В действительности, попытка использовать конфликт в такой форме ради управления событиями в регионе нанесло бы ущерб политическому имиджу самой России. «Если Азербайджан стремится в НАТО, обвинять в этом нужно не нас, а тех, кто вынуждает нас подключиться к ней. Азербайджан не может просуществовать без вхождения в какую-либо систему безопасности» [5, 124-128].

Из его суждений можно сделать вывод, что идея президента России «вся политика России в регионе будет направлена на надежную защиту Армении», высказанная в сентябре 2001 года в Ереване, должна быть полностью осуществлена. Что касается карабахской проблемы, то он открыто говорит о необходимости легитимности границ по линии противостояния 1994 года как об оптимальном решении проблемы Карабаха [17]. Трудно поверить, что эта только лишь позиция автора. В.Ступишин многие годы был полномочным послом России в Армении.

Сегодня Россия стоит перед стратегическим выбором: поддержка Москвой Армении и вступление Азербайджана в союз с Западом в геополитическом смысле взаимосвязаны, однако глубоко противоречат друг другу. При этом России следует сделать выбор и понять, что Азербайджан к ускоренному сближению с НАТО поощряет военное партнерство России с Арменией, которая является очагом конфликта. Позиция же азербайджанской стороны заключается, как это справедливо отметил президент И.Алиев, в том, что на Кавказе вообще не должно быть никакой военной базы [19].

Расширение НАТО на Восток и постсоветское пространство, преподнесение Украины, Южного Кавказа, Средней Азии как «сферы национальных интересов» США, означает в действительности продолжение стратегического наступления в период после завершения «холодной войны» [12, 3-4]. Полный контроль США над постсоветским пространством, отсутствие противодействия этому шагу есть проявление лояльности слабого перед сильным. Именно падение в рамках баланса этих сил Югославии - традиционной опоры России нанесло большой ущерб имиджу Кремля. По-мнению автора, насильственное нападение на Югославию с привлечением европейских государств означало, что в стратегических вопросах США не считаются с суверенитетом Европы [13, 10]. Именно такая позиция в значительной мере мешает России осуществить в регионе свои интересы (читай: имперские амбиции).

Именно расширение основанного на взаимной выгоде сотрудничества является условием постепенного решения спорных вопросов. В рамках этого сотрудничества 26 января 2006 года Баку посетил министр обороны России С.Иванов. Известно, российская сторона взяла в аренду радарную установку «Дарьял» - Габалинскую РЛС, статус, условия и принципы эксплуатации которой закреплены в соответствующем Соглашении (2002 год). За пользование станцией Россия платит ежегодно 7 миллионов долларов [18, 241]. В ходе встреч министра обороны России были обсуждены вопросы продолжения сотрудничества в этой сфере, а также предложение России относительно создания на Каспии оперативной военно-морской группы «Кастор». По-мнению С.Иванова, «Кастор» мог бы стать существенным фактором в борьбе с терроризмом и повальным вооружением. Проведение Дней России в Азербайджане свидетельствует о появлении новых традиций в истории международных отношений [1, 275]. Идея о создании российско-азербайджанской межправительственной Комиссии по военно-техническому сотрудничеству говорит о перспективах стратегического энергетического сотрудничества.

Таким образом, анализ протекающих в регионе процессов показывает, что в условиях глобальных трансформаций самым важнейшим гарантией обеспечения стабильности на Южном Кавказе является дальнейшее укрепление стратегических партнерских связей между Россией и Азербайджаном. Углубление отношений, основанного на взаимной выгоде и равноправном сотрудничестве является перспективным и значительным направлением деятельности не только с точки зрения стабильности геополитической картины региона, но также с позиции геополитических интересов Азербайджана.

 

Литература

 

1. Аббасбейли А.Н. Внешняя политика Российской Федерации в XXI веке. Б.: «Эльм», 2005, 472 с.

2. Азербайджан-Россия: общество и государство. М.: Летний сад, 2002, 486 с.

3. Бжезинский З. Большая шахматная доска. М.: Международные отношение, 1999, 256 с.

4. Бжезинский З. Выбор. Мировое господство, или глобальное лидерство. М., Международные отношение, 2004, 288 с.

5. Гулузаде В. Среди врагов и друзей. Б.: ОКА офсет, 2002, 245 с.

6. Давыдова А. Кавказское направление внешней политики России. //http://www.ippk.rsu.ru.

7. Дугин А. Основы геополитики. М.: АРКТОГЭЯ-центр, 1999, 846 с

8. Исмаилов Э. Кавказ в «русском узле», Б., Эльм, 2004, 305 с

9. Кавказ в геополитической системе современности. Газ. «Эхо», Б., 2001, 5 апреля

10. Маккиндер Л.Дж. Географическая ось истории // Полис, 1995, №4, с.29-37

11. Нартов Н. Геополитика. М.: ЮНИТИ, 2002, 359 с.

12. Нартов Н.А., Нартов В.Н. Геополитика. ЮНИТИ - ДАНА: Единство, 2007, 527 с.

13. Панарин А.С. Стратегическая нестабильность XXI века. М.: Алгоритм, 2003, 362 с.

14. Россия и мир в 2020 году. М., Изд. Европа, 2005, 217 с.

15. Фернан Б. Время мира. М.: «Прогресс», 1992, 481 с.

16. Шевцова Л. Россия - год 2005: логика отката. «Независимая газета», М., 2005, 21 января.

17. Шевелев В.Н. Кавказ в контексте геополитического мышления. //http://www.ippk.rsu.ru.

18. Чернявский С.И. Новый путь Азербайджана. М.: Азер-Медиа, Книги и бизнес, 2002, 352 с.

19. Эмерсон М. Подходы к стабилизации на Кавказе //http://www.poli.vub.ac.be.

20. Mc. Gwire M. NATO expansion: ?A Policy Error jf Historic Importance? //Review of Internationale Sturies, vol 1-2, 1998, p.23-42.

 

Поступила в редакцию 03.03.2010 г.

 

2006-2017 © Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов.
Все материалы, размещенные на данном сайте, охраняются авторским правом. При использовании материалов сайта активная ссылка на первоисточник обязательна.