ISSN 1991-3087

Свидетельство о регистрации СМИ: ПИ № ФС77-24978 от 05.07.2006 г.

ISSN 1991-3087

Подписной индекс №42457

Периодичность - 1 раз в месяц.

Вид обложки

Адрес редакции: 305008, г.Курск, Бурцевский проезд, д.7.

Тел.: 8-910-740-44-28

E-mail: jurnal@jurnal.org

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Яндекс.Метрика

Психологический анализ этнического сознания и роль народных традиций в воспитании этноса

 

Жабборов Азим Мейлиқулович,

доктор психологических наук, профессор,

Жаббороф Исмоил Азимович,

Худайназаров Кувондик,

преподаватели Каршинского государственного университета, Узбекистан.

 

Нация, народность, племена, этнические группы представляют собой различные исторически сложившиеся общности человеческого общества в целом. Огромное различие между этими общностями по уров­ню развития и по размерам является следствием неравномерного про­текания в них социально-экономических, этнических и демографичес­ких процессов.

В этом контексте «Этнос (этническая общность) – это особый исторический возникший вид социальной группировки людей, особая форма их коллективного существования. Такая общность складывает­ся и развивается естественно, историческим путем; она не зависит от воли отдельных, входящих в нее людей и способна к устойчивому многовековому существованию за счет самовоспроизводства» [4; 5].

Аналогичную мысль можно найти у Абу Наср Фарабий, который от­мечал, что формирование этноса обусловлено непосредственными кон­тактами людей. Это возможно в том случае, если люди объединяются, живут по соседству на одной территории, говорят на одном языке. Общность языка и территории являются главными условиями и естест­венной необходимостью для человеческого существования, и в то же время выступают как условие формирования и развития этноса [5; 261].

Конечно же язык, обычаи, обряды, народное искусство, рели­гия, норма поведения, образуя культурное единство этноса, неразрыв­но связаны с особенностями их психики, спецификой ценностных ориен­тации, вкусов и т.п.

«Следует особо подчеркнуть, что этнос представляет собой не простую сумму признаков, а определенное образование, в котором ос­новную системообразующую роль могут выполнять различные его объек­тивные компоненты. В одних случаях, главная роль в этом отношении принадлежит языку, в других – хозяйственно-бытовым особенностям, в третьих - характерным чертам поведения и т.п. Но, видимо, всег­да ценностно-нормативная система остается неизменным компонентом этнического сознания – его ядром» [4; 6].

Далее, Бромлей Ю.В. указывает, что «самосознание членов этно­са как бы фиксирует представление об общности территории («родной земли»), языка («родного языка»), отличительных особенностях куль­туры и психики, а также о какой-то общности, происхождения и исто­рических судеб входящих в него людей» [4; 6].

Шкуратов В.А. пишет, что «в культуре, как и в природе, дейст­вует закон сохранения энергии. Когда-то затраченная человеческая энергия конденсируется в культурный объект - основу для новых за­трат энергии (слово энергия понимается не физически, а как личност­ная активность). Усилия ума, воображения, чувства никогда не утра­тятся, они будут снова и снова переходить из объекта в новые че­ловеческие мысли и чувства, затем опять в объект и так до тех пор, пока сохранится пустивший их в ход субъект - объектный механизм, пока будет жива породившая их культура» [6; 141].

Из сказанного следует, что развитие культуры никогда не име­ет характер завершенности. Каждый новый этап цивилизации непрерыв­но обогащается своим содержанием.

В историко-психологическом контексте для понимания закономер­ностей культурного развития должны быть учтены:

1.                  Все внесубъективные условия жизнедеятельности индивида, включая схемы деятельности, данные индивиду в субъективированных объектах или объективированных субъектах (неважно, учит ли жизни книга или человек. Важно, что то и другое является элементами ориентации деятельности).

2.                  Собственный жизненный процесс индивида, включающий усвое­ние социальных схем в измененной, индивидуальной форме.

3.                  Инстанции контроля над социальной жизнедеятельностью инди­вида и распространения продуктов его жизнедеятельности» [6; 141].

Каждый индивид воспринимает культуру по своему. Вместе с тем в исследованиях развития личности можно наблюдать то, что культу­ру и психологию предшественников, других поколений считает проще, ниже и грубее. «При этом забывается, что они не ниже и не проще, а они другие, иные, чем культура тех, кто их изучает. Преодолению одностороннего эволюционизма при изучении социогенеза процессов развития человека способствует положение об исторической гетеро­генности мышления» [3; 226].

Данное положение объясняется тем, что у представителей того или иного общества разные познавательные структуры, что исходит из социогенетической многоплановости личности. Таким образом, ис­торическая гетерогенность личности выступает как одна из важных особенностей ее природы.

В личности сосуществуют пласты разной геологической древнос­ти (Д.С.Выготский), социотипическое и индивидуальное поведение, причудливо переплетаются в действиях и поступках человека» [3, 267].

Основной проблемой в теории исторической психологии остается сведение воедино элементов психолого-исторического метода. К это­му обязывает сама междисциплинарность отрасли. Вместе с тем по­следнее часто оборачивается непониманием разных наук друг друга: психологи часто останавливаются на пространстве истории из-за ее недоступности; историки отдельные психологические термины превра­щают в психологические псевдопонятия.

Асмолов А.Г. отмечает, что в психологии, и прежде всего, в общей психологии личности, исследования, проводимые социологами, историками культуры, филологами, этнографами, специалистами по семиотике, часто не попадают в поле зрения психологов. Вместе с тем без координации с представителями всех этих наук проблема изу­чения социокультурных систем, в которых порождается и развивается личность, остается нерешенной. Существовал ли в истории общества особый «безличный период»? Какие отношения складывались между лич­ностью и социальной ролью на разных этапах истории общества? Мож­но ли с уверенностью утверждать, что индивидуальный психологичес­кий портрет разных народов, проявляющийся в социальном и националь­ном характере народов, их духовном единстве, - реальность, а не вымысел? Ответы на эти вопросы, затрагивающие разные аспекты изу­чения социально-исторического образа жизни как источника развития личности, пытаются дать представители палеопсихологии, историчес­кой психологии и этнопсихологии. При всех различиях этих погранич­ных областей человекознания их объединяет настойчивый интерес к социогенетическим закономерностям развития личности [3; 265].

Социогенез и его закономерности дают нам представления об особенностях становления познания, мировоззрения личности, зарож­дения индивидуальности. Под социогенезом в психологии понимается происхождение и развитие высших психических функций, личности, межличностных отношений, обусловленное особенностями социализации

в разных культурах и формациях [3; 265].

Если придерживаться исторических типов исследования психики предложенных Шкуратовым В.А., то в более широком, научном дисци­плинарном плане можно выделить три элемента бытия социального ин­дивида: «а) индивидуально оформленный уровень отражения и практи­ки; б) социальные отношения индивида; в) предметно-знаковые пред­посылки и результаты жизнедеятельности» [6; 112].

Согласно такому подходу выделяют психологоцентрическую, со-циологоцентрическую и культурологоцентрическую ориентации в исто­рической психологии. Как видно из изложения материалов данного па­раграфа, наша исследовательская методологическая позиция заключа­ется в том, что привлекаются все три ориентации. Однако в дальней­шем мы попытаемся все более центрировать свою научную позицию на психологической ориентации. Сложный характер предмета нашего исследования, в котором встречаются вопросы и психики, и отношения социальности, и культура, конечно же, очень затрудняет с чисто психологической позиции раскрыть этническое своеобразие узбекско­го народа,

К.А.Абулханова-Славская, в частности, пишет, что: «Психоло­гическое исследование ориентируется не на фиксацию социальных ус­ловий вообще, а на выявление социальных механизмов, действующих на уровне индивида. Социальная детерминация рассматривается тем самым в ее индивидуально-конкретном выражении, с точки зрения ме­ханизмов общественной регуляции, действующих именно на этом уров­не, а не только на уровне и в масштабах общества в целом. Это, в свою очередь, дает нам право говорить об индивидуальной жизнедея­тельности как особом процессе, присущем данному уровню способа общественной организации, характере воспроизводства жизни» [2; 12-13].

В этой связи получает свое развитие категория «социально-исторический образ жизни», что позволяет учитывать историческое время, социальное пространство и жизненный путь личности, т.е. создается возможность объективного раскрытия самобытности психо­логии этноса, преемственности его культуры. Вместе с тем, откры­вается и перспектива теоретического (совместного) конструирова­ния социологии, культурологии, и исторической психологии.

Таким образом, психика предстает перед нами как социокуль­турный факт. «Психика как социокультурное явление - это введение психологических понятий - в контекст исследования общества» [6; 124].

Психологическая структура личности вбирает в себя принятые в данной культуре символы, образы, обыденные слова, ценностные суждения - все то, что составляет суть человеческого существова­ния. Данный культурный антураж этноса бывает вполне определенным и выражается в известных понятиях, нормах и оценках.

Так, например, значение общины в жизни семьи хорошо раскрыто по материалам свадебной обрядности хорезмских узбеков [7]. Тра­диционная свадебная обрядность, являясь неотъемлемой частью семей­ного быта и духовной культуры, представляла собой сложный комплекс обычаев и обрядов, выполняемых кругом причастных к событию лиц. В этих обычаях и обрядах отражались социально экономические, миро­воззренческие, правовые, этнические, эстетические установки народа. В то же время, обрядовый комплекс сохранял верования, обычаи и об­ряды минувших исторических эпох, начиная с первобытно-общинного строя [7; 41].

Следует отметить, что в традиционной культуре народов Сред­ней Азии и Казахстана община играла решающую роль во всех основ­ных жизненных вопросах. Она была, обязана следить за жизнью семьи с момента ее создания. Община являлась хозяином во всeх празднест­вах и других мероприятиях. Хотя сейчас каждая отдельная семья за­нимает самостоятельное положение, все же роль общественных (соци­ально-этнических) организаций велика.

Это объясняется многими причинами, в частности, сохранением кровно-родственных связей узбеков, что выражается, например, рас­селением родственников по соседству или в одном квартале (махалля).

В этом контексте следует отметитъ, что вопросы воспитания и обучения детей находятся не только в центре внимания отдельной се­мьи, но и всей махали. Особенно это сохраняется в сельской местности и в небольших городах.

У народов востока традиционно развито чувство сопереживания не только к родным, и близким, но и людям больным, инвалидам, бедным, попавшим в беду. При этом coпереживание сопровождаются близким участием и помощью. Однако и хорошие события, традиционные праздники собирают множество людей, на которых организовывались различные представления – выступали канатоходцы, кукольный театр, акробаты, клоуны, певцы и музыканты. Проводились азартные игры и забавы – состязания на лошадях, бои перепелов, петухов и др.

 В лавках и ларьках продавались различные сладости и фрукты для детей и взрослых [ 8; 20-32].

Вышеописанный быт и культура узбеков сохраняется и в наши дни, являясь массовым проявлением этнического самосознания и тра­диционной культуры.

В психологическом плане это способствовало развитию у людей чувства гордости, проявлению истинно национального характера и возвеличению человека. Каждый участник традиционных обрядов и праздников чувствовал себя активным частицей той большой общности, которую мы называем этносом.

Продолжая этнокультурологическую тему в контексте с описани­ем ее психологических аспектов, которые отражаются на этническом сознании узбеков, справедливо будет вкратце раскрыть и самый глав­ный праздник народов Востока – Навруз (праздник Нового года). По традиции он отмечается мусульманами 21 марта.

Начиная свою историю с III века до нашей эры, он считался празд­ником весны, мира и дружбы. Не вдаваясь в исторический экскурс, от­метим, что «Навруз» в жизни народов Востока был праздником, когда враги мирились, прекращались всякие раздоры и войны, люди желали друг другу счастья и здоровья.

Считалось, кто весело от души проведет дни Навруза до следую­щего Навруза найдет мир, спокойствие, счастье и благополучие.

Если в эти дни люди не прощали друг другу обид и не разговари­вали между собой, то это считалось великим грехом. В дни «Навруза» устраивались особо большие празднества и люди проявляли милосердие друг к другу. Опять-таки это было особым проявлением самобытности народа и неизменно формировало национальный характер и этническое сознание узбекского народа.

Можно перечислить и такие праздники и обряды как: «Праздник сева», «Праздник урожая», «Обряд обрезания». Узбеки с особым почтением и любовью относятся к своим детям и поэтому традиционно празд­нично отмечают их день рождения, праздник колыбели, появление пер­вых зубов, стрижку первых волос и др. Таким образом, дети как бы с рождения впитывают в себя самобытность жизни и культуру своего этноса.

Справедливо будет отметить и такие черты этнического сознания узбеков, как почитание старших, образованных людей. Характерной чертой этноса является уважительное отношение к больным людям и ин­валидам. Традиционно в этнической среде уважительное отношение к соседям и взаимопомощь между соседями и особенно среди родственни­ков.

В целом психологический портрет узбекского народа, помимо осо­бенностей указанных выше, может быть дополнен и следующими характе­ристиками:

-                   трудолюбие, патриотизм, гуманность, гостеприимство, культ чистоты и санитарного состояния жилища, особенно двора;

-                   почитание родителей, стариков;

-                   немногословие и послушание младших перед старшими;

-                   степенность, обдуманность решений и действий;

-                   многодетность узбекских семей как следствие традиционной любви к детям

-                   терпеливость, выдержка, самообладание, реалистичность;

-                   любовь и бережное отношение к духовным ценностям и в целом к истории и культуре нации;

-                   чувство глубокого личного достоинства и др.

Конечно же, каждый исследователь в создании образа человека – представителя этноса использует не только данные публикаций и свое непосредственное наблюдение, но и преследует практически прикладные задачи. Представленный краткий материал в дальнейшем, будет существенно дополнен результатами собственного психологи­ческого исследования применительно к образу учителя узбекской школы.

Вместе с тем, излагая теоретическую и методологическую осно­ву наших рассуждений о психике как социокультурном явлении, можно сделать следующие выводы:

1.                  При изучении проблем психики как социокультурного явления неизбежно возникает необходимость широкого привлечения данных наук об обществе и человекознания (философия, история, этногра­фия, культурология и т. д.). Только этот подход может дать наибо­лее объективное представление об этносе, его культуре, быте, са­мобытности, что составными частями входят в такое емкое понятие как этнокультурные и этнопсихологические факторы.

2.                  Основываясь на историко-критическом подходе в рассмотре­нии традиций, обычаев, привычек, обрядов и нравов узбекского наро­да, непосредственно влияющих на становлении национального харак­тера и этнического сознания, можно заключить, что они проходят процесс эволюции в ходе исторического развития. Однако их основ­ное назначение не теряет смысл и в современном мире.

 

Литература

 

1.                  Каримов И.A «Юксак маънавият - енгилмас куч» Т.: Маънавият. 2008 .- 176 б.

2.                  Абульханова-Славская К.А. Деятельность и психология личности. - М., 1980. - 335 с.

3.                  Асмолов А.Г. Психология личности. – М.: МГУ, 1990. - 367с.

4.                  Бромлей Ю.В. Этнические процессы в современном мире.- М.,1987.- 448 с.

5.                  Хайруллаев М.М. Фаробий ва унинг фалсафий рисолалари.-Т.,1963– 284б.

6.                  Шкуратов В.А. Психика. Культура. История. - Ростов-н/Д., 1990. -256с.

7.                  Этническая история и традиционная культура народов Средней Азии и Казахстана. - Нукус: Каракалпакстан, 1989. -272с.

8.                  Этнографическое изучение быта и культуры узбеков [ Отв. ред. Зияев Х.З. - Т., 1972. -160с.

 

Поступила в редакцию 28.05.2014 г.

2006-2017 © Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов.
Все материалы, размещенные на данном сайте, охраняются авторским правом. При использовании материалов сайта активная ссылка на первоисточник обязательна.