ISSN 1991-3087
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Яндекс.Метрика

НА ГЛАВНУЮ

Сущность героического поведения – единство трех парадигм

 

Замилова Римма Рамильевна,

старший преподаватель кафедры философии Наманганского государственного университета.

 

Осмысливается сущность героического поведения, совершения человеком героических поступков на основе единства трех парадигм: доброта, долг, право. Анализируются доброта, долг, право как неразделимое в героическом поступке; своеобразие функционального элемента нравственности, нравственного поступка, героического поведения.

Ключевые слова: герои, героическое, долг, доброта, совесть, мораль, нравственное сознание.

 

«Долг! Ты возвышенное, великое слово, в тебе нет ничего приятного, что льстило бы людям…перед тобой замолкают все склонности, хотя бы они тебе в тайне и противодействовали, - где же твой достойный тебя источник и где корни твоего благородного происхождения?

Это может быть только то, что возвышает человека над самим собой…»

И. Кант

 

Герои и героическое многогранное явление, загадка героизма, героического всегда тревожили и тревожат воображение людей. Герои – это люди, которые своим самоотверженным трудом, нравственным поступком в экстремальных, неординарных случаях проявили себя как патриоты своей Родины, защитники её интересов, альтруисты и филантропы. Подлинная искренность, человеколюбие и жизнелюбие составляют первую характерную черту героев.

Всё это наводит на мысль, что героическое можно совершить по доброте и по долгу, но оно не должно ущемлять прав человека. Доброта, долг, право а в героическом поступке не разделимы, где нарушаются права человека, там не может быть и речи о доброте и о долге, где нет доброты и долга – это приводит к игнорированию прав других. Осознание единства этих категорий – непременное условие не только для героического, но и для любого нравственного поступка, построения гуманного общества и демократического правового государства. Нравственное сознание включает в себя не только доброту, чувство долга, но и соблюдение прав человека. С концептуальной точки зрения обеспечение единства этих категорий составляет сущность героического поведения. Игнорирование одного из них приводит к нарушению единства категорий. Если забывается доброта, героическое превращается во зло, если не опирается на чувство долга, героическое предстанет как эгоистическое стремление или самореклама, а если игнорируются права человека, героическое оценивается как антисоциальное явление.

Добро – это ценность, во имя которой совершаются поступки. «Тот, кто делает добро другому, делает больше всего добра самому себе – не в том смысле, что ему будет за это награда, а тем, что сознание сделанного добра даёт уже большую радость» (Сенека). Человек свободен выбирать, как ему поступить, какие выбирать ценности. Зло испытывает человека на прочность, несчастья « экзаменуют» его. Ведь не будь войн, не было бы и героев с их подвигами, не слагались бы эпосы, не писались романы, не пелись песни о мужестве, верности, жертвенности. Герой определяется как «личность, реализующая себя в подвиге во имя общезначимой ценности. Только в подвиге возможно совпадение личного и общественного интересов, максимальное достижение личностью внутренней и внешней свободы, что и становится для нее самоосуществлением.

Однако героическое – сложная и широкая категория, она имеет не только этический смысл, но относится также и к области нравственности. Нравственные нормы и ценности выступают регуляторами поведения человека и тем самым вносят в его социальную деятельность осознаваемое, то есть элементы сознательности, рациональности, управляемости. Без, по выражению Ю.М. Смоленцева, «контрольно-императивных механизмов» морали нет социальной деятельности, и героическое опирается на эти механизмы. «Следуя принципу историзма, - пишет Ю.М. Смоленцев, - можно предположить, что механизм совести и долга, возникает и формируется в различных исторических условиях и в разных типах нравственности имеют различное ценностное содержание. Но с тех пор, как они появились, невозможно представить себе какую бы, то, ни было систему нравственности, без контрольно-императивных механизмов долга и совести»[1].Долг и совесть оказывают регулирующее воздействие на нравственное поведение человека, чем больше своего долга он осознаёт, тем совестливее он поступает. Долг и совесть есть самое великое для героя; долг понимается при этом как чествование, соответствующее заслугам и положению, как подобающее, уважительное отношение. Героическое всегда связано с долгом и совестью, а так же с такими понятиями как «мужество», «стойкость», «самопожертвование» «патриотизм», и сопутствующей им парадигмой ценностей.

Вместе с тем долг и совесть тесно взаимосвязаны с личной ответственностью. «Своеобразие функционального элемента нравственности состоит в том, что в историческом развитии происходит не замена одного механизма другим, а дополнение и развитие, обогащение внутриличностных контрольно-императивных механизмов, обеспечивающих реализацию обязывающего, долженствовательного импульса морали. В виде общей гипотезы можно высказать предположение о том, что первоначально возникает феномен совести, который позднее дополняется сознанием и чувством долга и на современном этапе идет процесс становления механизма личной ответственности[2].

Ницше пояснял:

Я лежал и думал, что жизнь – это радость

А проснувшись, увидел, что жизнь – долг.

Потрудившись, я понял, что долг – радость.

«Долг есть обязанность выполнять какую-либо моральную норму. Долг – моральное предписание, побуждающее человека выполнять эту норму, причём выполнять добросовестно»[3].

Совесть – есть добровольное признание личностью собственной ответственности за своё поведение и выбор. Именно она даёт человеку уверенность в правоте его поступков, или преисполняет его чувством вины за непоследовательность, за несоответствие его представлениям о том, что достойно, а что нет, несоответствие тем критериям, которые он сам установил. Поэтому чем ближе человек к совершенству, чем больше к нему стремится, тем громче говорит в нём совесть [4].

Поступки должны совершаться постольку, поскольку они представляют собой благо, добро, предпочтительны перед всеми другими возможными поступками. Поступком можно считать лишь такое сознательное намеренное действие, которое затрагивает интересы других людей, коллектива, общества. Поступок всегда касается соотношения личных и общественных интересов, созидания или разрушения каких-то ценностей. Только очень разные эти поступки. Одни из них подлые, жестокие, бесчеловечные, другие – честные, благородные, героические. Таким образом, нравственное сознание рассматривает явления и человеческое поведение не с точки зрения их причинной обусловленности, а с точки зрения их достоинства, ценности, полезности людям и обществу [5].

Долг – «это превращение требования нравственности, в равной мере относящегося ко всем людям, в личную задачу данного конкретного лица, сформулированную применительно к его положению и ситуации, в которой он находится в данный момент. Если в моральном требовании выражено отношение общества к его отдельным членам (оно формируется обществом и предъявляется им), то долг – это отношение личности к обществу». Выполняя свои обязанности, человек выполняет свой долг перед своими близкими или же перед обществом и государством. Стоять насмерть, выполнять свой долг до конца, оставаться человеком в нечеловеческих условиях (фронта, плена, блокады) – это и есть подлинный героизм, о нем надо говорить, ибо это национальное достояние всего народа.

Герой обладает чрезвычайно развитым чувством долга. Это самый моральный тип. «Долг исходит не из благожелательности, а из воли» - утверждал И.Кант. «Моим долгом, - писал он, - не может ничего, что основывается не на моей воле…» [6]. «Долг же – это принуждение: или я должен заставлять себя сам, или же меня принуждают другие» [7]. Герой – это человек долга. Он совершает подвиг и из благожелательности к людям и из «принуждения», т.е. осознания необходимости. Осознание общественной необходимости заставляет его идти защищать родину, рисковать своей жизнью, одному нападать на вооружённого бандита, выносить беспомощного человека, детей из горящего дома, выступать против несправедливости, угнетателей и тиранов. Общественный долг заставляет человека уважать права других. «Наш долг состоит в том, - писал И.Кант, - чтобы глубоко уважать права других и как святыню ценить его. Во всём мире нет ничего более святого, чем права других людей. Оно неприкосновенно и нерушимо. Проклятие тому, кто ущемляет права других и топчет его ногами!» [8]. Человек долга мобилизует на выполнение общественных обязанностей все свои силы, а если и их оказывается недостаточно, бросает на чашу весов последний свой аргумент – собственную жизнь. Так поступок во имя долга становится героическим поступком, подвигом.

По утверждению И.Канта, человек обладает инстинктом доброты, а не справедливости. Соблюдение прав других исходит из принципа справедливости. Лучше было, если бы уважение прав других исходило из инстинкта доброты, однако в жизни случается противоположное. Философ приводит поучительный пример. «Можно стать сопричастным, - пишет И.Кант, - к всеобщей несправедливости даже тогда, когда человек соответственно гражданским законам и положениям не совершает ничего несправедливого. Когда, кто-либо делает добро терпящему бедствие, то этим самым ничего не дарит ему, а лишь возвращает то, что ранее помог отнять у него из-за всеобщей несправедливости. Если бы никто не захотел присваивать себе благ жизни более чем другой, то не существовало бы ни бедных, ни богатых. «Следовательно, моралисты и учителя должны настолько, насколько это, возможно, представлять действия из доброты, как действия по долгу, и сводить их к праву» [10].

Герой всегда воспринимался как необыкновенный человек и когда речь идёт о героизме или героическом, необходимо исходить из единства категорий – доброты, чувства долга и соблюдения прав человека. Такое единство обеспечивается не само собой, а нравственным принципом, который называется моральной ответственностью. Без моральной ответственности нет не только единства доброты, чувства долга и соблюдение прав человека, а также героического поступка, героизма. Герой действует в экстремальной ситуации, поскольку от его действий зависит, в конечном счете, будущее всего общества: герой является выразителем передовых тенденций общественного прогресса или защитником существующего миропорядка. Герой обладает самостоятельностью характера и воли, в силу этого он берет на себя бремя всего действия и всей ответственности за последствия этого действия. Цена успеха в героическом деянии всегда предельно высока – вплоть до самопожертвования. Смерть героя является выражением предельной степени человеческой свободы – это момент торжества героя, высшего совпадения его субъективных устремлений и сверхличных ценностей.

 Героя характеризует прежде всего то, что он продолжает выполнять свой долг в самых неблагоприятных обстоятельствах, остается ответственным, честным, добрым в таких условиях, когда соблюдение моральных норм, казалось бы, превышает меру человеческих возможностей. Поэтому героизм можно охарактеризовать как самоотверженное, неуклонное (вплоть до самопожертвования) выполнение личностью своего общественного долга в трудных, неблагоприятных, чрезвычайных обстоятельствах. Героизм и подвиг не всегда поддаются количественной оценке, но все же степень героизма бывает разной.

Моральная ответственность – многогранное явление и в научной литературе нет общепринятого определения. Как пишет С.Ф. Анисимов: «Моральная ответственность имеет широкий социологический аспект анализа: ответственность как совокупность объективных требований, предъявляемых обществом (классом, народом и т.д.) к отдельным своим членам, коллективам в виде моральных принципов, норм, выражающих общественную необходимость. Она может быть представлена и в субъективном, психологическом содержании – ответственность как своеобразное состояние сознания (в форме сознания и чувства ответственности, долга, совести и т.д.)»[11]. Из этого определения видно, что ответственность тесно связана с долгом, совестью и обязанностью.

 

Литература

 

1.                  Смоленцев Ю. М. Мораль и нравы: диалектика взаимодействия. – М.: МГУ, 1989. – С. 70.

2.                  Смоленцев Ю. М. Мораль и нравы: диалектика взаимодействия. – М.: МГУ, 1989. – С. 79.

3.                  Э.Умаров. Ф.Загыртдинова. Этика. – Тошкент: Чулпан, 2005. -75 с.; Там же. – С.77.

4.                  Э.Умаров. Ф.Загыртдинова. Этика. – Тошкент: Чулпан, 2005. -75 с.; Там же. – С.74

5.                  Словарь по этике. – М.: Политиздат, 1981. – С. 314.

6.                  Кант И. Из «лекций по этике» // Этическая мысль. Научно-публицистическое чтение. – М.: Политиздат, 1988. – С. 305.

7.                  Там же.

8.                  Кант И. Из «лекций по этике» // Этическая мысль. Научно-публицистическое чтение. – М.: Политиздат, 1988. –С. 306.

9.                  Там же. – С. 307.

10.              Там же. – С. 308.

11.              Анисимов С. Ф. Мораль и поведение. – М.: Мысль, 1985. – С. 133–134.

 

Поступила в редакцию 03.03.2014 г.

2006-2019 © Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов.
Все материалы, размещенные на данном сайте, охраняются авторским правом. При использовании материалов сайта активная ссылка на первоисточник обязательна.